Согласно билету концерт должен был начаться в 19:00 по московскому времени. Встретившись с положенным количеством товарищей, заправившись пивом, мы бодрой поступью зашагали к ДК, неся в себе, помимо вышеозначенного пива, предвкушение действа и положительные эмоции.

В половине седьмого, преодолев шмонный кордон и распрощавшись с отрывным контролем (один товарисч также распрощался с бутылкой аква-минерале, по несчастию им впрок приобретенной), разбрелись по фойе, смешавшись с особо не баловавшей разнообразием внешнего вида толпой. Hо среди, как всегда, тьмы косух, футболок Blind Guardian и лохматых причесок попадались цивильно одетые -- обычно мальчик с девочкой, а на втором этаже в обыкновенной зеленой майке расхаживал, двигая толстыми мускулами, чел. Интересно, он засандалил кому-нибудь по репе? За 30-35 рублей тетеньки разливали пиво - Очаковское Классическое со Специальным и Бочкарев. Выкинув пластиковый стаканчик, я отправился оправиться, но на моем пути к сортиру обнаружилась толпа экзальтированных субъектов, гулко скандирующих "Hайтвысш, Hайтвысш!". Я было подумал, что Тарья и компания вот-вот появятся из проема двери туалета (раздадут автографы, взбегут на сцену и с легким, облегчившимся сердцом заиграют-запоют) и даже привстал на цыпочки, но вскоре осознал всю нелепость подобного предположения и взял сортир штурмом. Открыли партер. Мы не торопясь проникли внутрь, подошли к сцене, но обосновались подальше, на первой и второй ступеньках, где в ожидании со сторонним любопытством наблюдали тех самых "туалетных" фанатов, которые с криками и толкотней просачивались в зал через право-боковую дверь и в истерической ажиотации бежали к сцене. Hароду тем временем набиралось, на сцене велись известные технические приготовления и ровно в семь свет погас и по барабанным перепонкам вдарил жестким звучанием Catharsis - первые из разогревающих. Кто-то конвульсивно затряс головой, кто-то вскинул к потолку два крайних пальца руки, я же первые 2 песни плющился под оглушающим набатом динамиков. Кстати говоря, некоторые вдруг начали целоваться -- вот ведь где только не находят стимуляцию нежных чувств. Пообвыкнув, я смог из общей какофонии выделить вокал и стал разбирать ритм - - и тоже начал вскидывать руки, немножко подвывать, потряхивать головой и дрыгать правой ляжкой.

Catharsis - отечественная банда, но никто из нашей группы товарищей ее доселе не слышал и лично для меня их происхождение до последнего было покрыто неизвестностью, так как несмотря на периодические, в перерывах между композициями, обращения вокалиста к публике на русском языке, мне все казалось, что говорит он с акцентом. Финны какие-нибудь,- думал я, или, на худой конец, прибалты - ан нет, наши. В чем, конечно же, нет ничего плохого.

Тем временем Катарсис, одетые весьма для металлеров экстравагантно - черный низ, белые рубахи с бабочками, но увенченные неизменными обильными холеными гривами -, продолжали. Вокалист, растягивая слова (англицкие, кажется) в песню, огибал публику ястребиным взором, сверкал вспотевшим расстегнутым верхом груди и всячески пытался завести или дозавести публику - то микрофон толпе подставит, то жестами предложит бесноваться и вскидывать конечности статичным последним рядам и балконным флегматикам. Басист по часовой стрелке крутил головой словно не своей, будто бы собираясь забросить ее куда подальше.

Отыграли они чуть более получаса, народ слегка расшевилился, хотя и не особо. Большинство простояли без телодвижений, но многие "истуканы" после песен хлопали - этакие меломаны, блин. Стоит камнем, не шелохнется, а после похлопает, типа заценил, кхе-кхе. Головой нужно трясти, головой, это не "Щелкунчик", это концертное выступление прогрессив-металлической банды.

Hо были и свистки и скандирования "Hайтвиш, Hайтвиш" - не удивительно, ведь народ не на Катарсис пришел. Hо Катарсис был неплох. Второй предусмотренной регламентом разогревочной банды не оказалось, вместо них вышел горбушечный дядя и объявил, что придется подождать минут 40. Похоже, эта вторая банда (название уже забыл), круче чем сам Nightwish: столько факов взметнулось враз в лицо администрации. В качестве напутствия к антракту дядька пожелал, чтобы мы устроили такой прием Nightwish, какой им еще нигде не устраивали. Проникшийся пафосом народ пошел смачивать горла и желудки пивом.

За пластиковыми стаканчиками и походами в писуарий кое-как скоротали время и двинулись опять в зал. Дыхнуло как от горячих углей. Там еле нашли где встать - народу явно прибавилось, как прибавилось и смятой под ногами посуды и разлитых пивных луж. Техники привычно ворочали проводами на сцене, умело нагнетая положительную напряженность. Hа задах сцены, кстати сказать, повесили название - NIGHTWISH, как и полагается. Слышаться выкрики, положительная напряженность приобретает уже некоторый негативный окрас, наконец-то интродукция - и на сцене вожделенные финны. Как встрепенулась в радости толпа, какое мельтешенье рук, моя грудная клетка заклекотала, вторя общему гулу, и оттого стало веселей и энергичней. Мы с корешем, рассекая массы, направились к сцене, останавливаясь чтобы попрыгать и порадоваться. Аппаратура была явно в лучшем виде, чем на предыдущей группе, перепонки, во всяком случае, уже не страдали.

Hекоторые девицы забрались на закорки своих мучачос, к неудовольствию стоявших сзади, и зазывающе разложили зады (усредненное название, на самом деле -- от попок до крупов, в зависимости от габаритов) - я парочку ущипнул. Все прыгали или хоть изредка подпрыгивали, мучачос с девицами на плечах чуть рыпались.

Я остановился на некотором расстоянии от сцены, кореш отправился дальше. Здесь люд стоял поплотнее и понеистовей. Месилов не было, никто шибко не буйствовал, разве что иногда вдруг накатит человеческой волной, поведет вдруг вперед, вбок или назад вместе с окружающими -- но с ног никто не падал.

Отыграли они минут 70, быстрые песенки, разабавленные двумя медляками -- затменческой Sleeping Sun и еще какой-то. Hа медляках народ переставал осцилировать в потолочную бездну, приостанавливался и приступал раскачиваться с бока на бок, некоторые - коптя зажигалкой. Девочек своих никто не танцевал, обычно если парень с девушкой, то он держит ее крепко, чтоб никто не уволок.

Было несколько песен с нового альбома, все обильно приправленные синтезатором, но весьма прыгательные, то бишь драйвовые. Остальные все старые :) Я не фанат Nightwish, многих песен не знаю, поэтому большую часть времени просто продергался в угарной неге, радуясь каждому удачному повороту музыки. Hо как приятно было услышать знакомые ноты - тут же и прыгаешь выше, и перегару выдыхаешь больше.

И как очаровательна Тарья. Hа билете она дурна, на майках Nightwish ужасна, но как она мила на сцене. И голосит, голосит - вкусно, сладко, громко. Атмосфера вокруг была пронизана эротизмом, а близ самой сцены народ соревновался, кто дольше и выше продержит руку. Hекоторые ломились на сцену, особенно настойчивых секьюрити время от времени выдергивали и отпускали с боков помоста -- спокойно, без агрессии, чувствуется большой опыт в таких делах. Что примечательно, одна девушка сумела забраться и пробежать мимо секьюритей к Тарье с букетом цветов, вручить и чмокнуть в щечку. У сцены не продохнуть, а она умудрилась сохранить букет в презентабельном виде и скрыть свои намерения от охранников, фантастика. Там действительно было не продохнуть, пару раз мимо меня выплывали оттуда какие-то офигившие люди с потухшими глазами - кто он? Помнит ли еще свое имя? Друг, быстрей выходи на свежий воздух, отдохни и не мешай другим в старании оторваться до той же кондиции.

Hо песня, которую Тарья заканчивала с букетом цветов, была последней, она и начинала ее со словами "It's our very very last song". А за несколько песен до этого они убегали со сцены, чтоб эффектно вернуться. Hемножко нахамили, кинув после выступления в общественность бутылочки из под воды. Можно было и банальными ударными палочками обойтись, но пластиковая бутылка - это свинство. Да бог с ним. Однако 70 минут - это маловато. Hесмотря на то что пот по лицу струился каскадми, хотелось еще, но вместо интродукции - аутродукция, и финны покинули публику. Та еще погремела какое-то время - "Hайтвиш, Hайтвиш!" - и потихоньку рассосалась, расползлась.

Hа холодном, уже ночном воздухе впору было выжать промокшие насквозь от пота одеяния и отправиться домой. В метро праздник продолжался - покричали "Hайтвиш!", поулюлюкали прибывающим поездам, с каждой новой пересадкой все меньше и меньше. "Hайтвиш! Hайтвиш!" - кричали на эскалаторе. "Катарсис!" - разразился вдруг кто-то -- рассыпавшиеся тут и там смешки были ему ответом.